Вознесенская Елена,
канд. психол. наук,
с.н.с. Института социальной и политической психологии АПН Украины,
президент ОО «Арт-терапевтическая ассоциация» (г. Киев)

На этапе перехода к новым формам социального взаимодействия в период трансформационных процессов в современном обществе остро встают вопросы переоценки социальных ценностей и иерархии социальных ролей. Сегодняшняя ситуация характеризуется смешением ролевых позиций женщины и мужчины. Разрушение старой системы социальных отношений, пересмотр устаревших моделей поведения приводят к тому, что женщина развивает в себе маскулинные качества, выполняя мужские роли. Нарушение равновесия мужского и женского у родителей обоих полов приводит к раз­витию внутриличностной дисгармонии у ребенка и формированию у него неконструктивных моделей поведения, в том числе и гендерного.

В традиционных обществах полоролевая идентификация мальчиков и девочек происходила путем определенных обрядов (инициаций «взросления»), которые проводились при переходе детей в пубертатный возраст. Такие обряды исчезли в период развития технократического общества. Неинициированность поколения родителей тормозит инициацию их детей и внуков.

Именно поэтому тема «Мужского и женского в структуре личности» так актуальна сегодня и привлекает внимание и психологов-практиков, и при­водит к разработке серьезных научных теорий в различных социальных науках: психологии, социологии, теологии (Т.Б. Василец, 2004; Т.Марез, 2001; А.Менегетти, 2001; А. Уотс, 1999; Т.Д. Зинкевич-Евстигнеева, Е.А.Тихонова, 2003 и др.)

Автор также не осталась равнодушной к проблемам взаимоотношений современных мужчин и женщин. Целью настоящей статьи является представление арт-терапевтических технологий работы с внутренними мужскими и женскими структурами личности.

На основе теоретических и практических результатов ростовских психологов (Т.Б.Василец, Н.В.Романова, 2002) была разработана программа арт-терапевтической работы «Мужчина и его Женщина. Женщина и ее Мужчина». Программа представляет арт-терапевтическую и аналитическую работу, направленную на психокоррекцию взаимоотношений между партнерами, формирование зрелых личностей, гармонизацию отношений внутренних муж­ских и женских структур.

Содержательно теоретической базой работы является юнгианская аналитическая психология и исследования юнгианских аналитиков архе­типических образов, представленных в культуре каждого народа (Калшед Д., 2001; Франц М.-Л., 1998; Джонсон Р.А., 1996; Эстес К.П., 2001; Пропп В., 1986; Василец Т., Романова Н., 2002; Василец Т., 2004; Бреусенко-Кузнецов А., 1998, 2002, 2003). В программе с помощью арт-терапевтических технологий происходит обращение к ресурсам коллективного бессознательного, содержащихся в архетипах славянских народных сказок, былин и сказаний, описывающих этапы развития человеческой личности, пути достижения мужской и женской зрелости. В рамкам программы участники имеют возможность в созданном безопасном арт-терапевтическом пространстве пройти символические инициации зрелости мужского и женского аспектов личности. Таким образом, программа является сочетанием использования возможностей инициационной психотерапии (Василец Т., 2004) и арт-терапевтических технологий.

Символический язык изобразительного искусства, как установлено, наиболее адекватен для выражения содержаний личного и коллективного бессознательного (К.-Г.Юнг, 1998). Поэтому основным методом работы является арт-терапия, которая связана с раскрытием творческих способностей и сущностного потенциала человека, мобилизацией внутренних механизмов саморегуляции и исцеления. Являясь средством свободного самовыражения и самопознания, художественное творчество помогает идентифицировать и оценивать свои чувства, воспоминания, образы буду­щего, найти способ общения с самим собой (Копытин А.И., 1999). Опираясь на трансцендентные свойства символов и собственный творческий потенци­ал, участник способен достичь самоисцеления. Созданные символические образы заключают в себе способы разрешения внутрипсихических конфликтов.

В результате арт-терапевтической работы создаются дополнительные возможности для внутриличностной коммуникации, переход членов группы на более глубокие уровни взаимодействия с проявлением внутренних (в том числе неосознаваемых) механизмов организации поведения, проис­­ходит созревание и интеграция мужского и женского аспектов личности; освобождение от внедренных доминирующей культурой и идеологией паттернов поведения и освоение тех ролей, которые в большей степени соответствуют их глубинной природе, потребностям и направлениям развития.

Групповая форма арт-работы способствует спонтанному проявлению творчества во внутригрупповом процессе, увеличивает ценность сотрудничества. Творчество в группе приводит к выражению наиболее сложных содержаний психической жизни, связанных с мифологией, поэзией, сновидениями (А.И.Копытин, 2002). Вовлечение участников группы в эстетическую и фантазийную активность позволяет каждому за счет взаимодейст­вия достичь психической целостности.

В то же время, изобразительное творчество всегда является способом уединения и рефлексии участников арт-терапевтических групп. Это позволяет им реализовать свою способность к саморазвитию и самогармонизации. В ходе работы за счет активизации воображения членов группы путем направленной визуализации, происходит спонтанный (в ряде случаев инициированный ведущим) переход в драматическую реальность, развивается мифотворчество группы и формируется групповая мифо-поэтическая модель мира.

Арт-терапевтические технологии с целью личностного развития используются в таких формах арт-работы как открытые студийные и тематичес­ки-ориентированные группы (Практикум…, 2000). Т.о., формой реализации программы, направленной на преодоление внутриличностных конфликтов мужских и женских феноменов «Я» была выбрана тематически-ориентированная группа, работа в которой фокусируется на решении конкретных задач. Тематический подход, связанный с использованием определенного набора тем, способствует сознательному отношению участников группы к психическому материалу. Согласно К.Кейз и Т.Делли (Case C. And Dalley T., 1992), темы позволяют структурировать хаотические переживания участников группы и направить их энергию в определенное русло. Участникам тематических групп необходимо иметь достаточную силу «Я» и развитую способность к вербализации своих переживаний (McNeilly G., 1987).

На ранних этапах развития группы предполагается более директивный подход к ведению работы со стороны арт-терапевта, который организует и задает направление деятельности участников, используя мягкое структурирование деятельности участников группы и различные формы психотерапевтической интервенции. Группа работает как закрытая на более поздних этапах своего развития, что позволяет достичь большей откровенности участников за счет ощущения ими своей защищенности в пространстве группы. На этом этапе арт-терапевт снижает директивность своего воздействия, что помогает преодолеть зависимость участников группы от ведущего. Мы считаем, вслед за Г.МакНилли, что ведущий должен стремиться сформировать у членов группы активную, равную с ним позицию, его функция – поддерживать групповую динамику (McNeilly G., 1987).

В работе используется творческий процесс и результаты изобразительной деятельности как инструмент динамической коммуникации. Совместное творчество участников позволяет использовать возможности групповых процессов как основу для внутренних изменений. Таким образом, авторская работа представляется нам методологически близкой к интерактивной модели групповой арт-терапии. Системный подход предполагает рассмотрение группы на более поздних этапах терапии как единого организма, саморазвивающейся системы, которая постоянно находится в контакте с окружающим миром и в процессе изменений. Акцент ведущего делается на переживаниях клиента «здесь и теперь» согласно экспериентальному под­ходу в психологии, обмен личным опытом участников группы как опыт группового взаимодействия, обратная связь с ведущим и другими участниками предполагает основу для изменений в паттернах поведения.

В начале каждого занятия, в свою очередь, предлагается обмен личным опытом участников группы, самоанализ их переживаний, событий, чувств, возникших после предыдущего занятия, что способствует развитию рефлексии. В задачи арт-терапевта не входит анализ и интерпретация созданных участниками группы индивидуальных художественных образов. Возможно участие ведущего в работе над некоторыми из предложенных группе тем. Это способствует сопричастности к формированию культуры и мифо-поэтической картины мира группы и, таким образом, создает эффективную среду для изменений на более поздних этапах развития группы.

Следует отметить, что при работе с архетипическими темами в виде феномена внутренней сказки предпочтительнее избегать интервенций, следуя логике сказки и доверяя бессознательному клиента. Роль терапевта сходна с его работой в ассоциативном методе символдрамы и сводится к поддержи­вающему присутствию (Лейнер Х., 1996). Принципиальное значение имеет самостоятельное творчество клиента. Помощь клиенту в ориентации в прост­ранстве сказки необходима только в начале работы, далее вмешательство может помешать. Погружаясь в пространство сказочных архетипов, клиент получает доступ к ресурсам коллективного бессознательного, содержание внутренней сказки часто драматизируется, поэтому напряженные по своему содержанию образы, как правило, завершаются гармонично, приносят клиенту удовлетворение и заметные позитивные результаты, находящие отражение в реальности его жизни.

В настоящей статье мы ставим целью презентовать арт-терапевтические технологии работы со сказочными образами, которые являются составной частью зрелых мужских и женских структур, отражением личностной зрелости. Рассматривается работа с образами Королевы и Царя-отца.

Тема «Королева»

Королева прежде всего ассоциируется со зрелой женственностью. Работа в группах показала (4 группы, в которых участвовало более 30 человек), что образ Королевы описывается следующими характеристиками: в функции Королевы входит способность к управлению, забота о других, материальное благополучие, высокий социальный статус, у Королевы развито чувство собственного достоинства, она воплощает созидающее начало.

К.-Г. Юнг считал, что в каждой женщине живет королева. По мнению Т.Б.Василец (2004), если у женщины внутренний архетипический образ Ко­ролевы развит, можно говорить о существовании встроенного защищающего мужского поля в структуру личности этой женщины – развитого и зрелого Анимуса. В сказках Королева вследствие своего высокого статуса имеет армию, личную охрану. Зрелость Анимуса, его защищающая роль позволяет женщине испытывать чувство собственного достоинства, что приводит к соответствующему отношению к ней окружающих, в первую очередь мужчин, стремящихся защищать и проявлять благородные качества. В одном из своих значений архетип королевы символизирует разные планы социальной женской успешности – высокий социальный статус, признание окружающих и чувство женского достоинства как ощущение своей женской силы и ее власти в социальном мире. Бессознательно готовясь к инициации женской зрелости, проявленной Королевой, современные девочки на эдипальной стадии своего развития рисуют принцесс.

По К.-Г.Юнгу, архетип королевы является важной составляющей женской природы. На символическом уровне он представлен образом статной и дородной женщины, богато одетой, достойно несущей свои скипетр и державу. Но власть и богатство – не единственные, а только частные свойства архетипа королевы. Вечными его составляющими являются созидательная женская сила и жизнеутверждающая природа. Образ Королевы также имеет еще один смысл: желания Королевы осуществляются легко и естественно, без усилий и напряжения, она хорошо знает, чего хочет и как это получить.

На наш взгляд, именно архетипический образ Королевы в наименьшей степени развит в структуре личности современных женщин. Это печально, но не удивительно, поскольку женщина сегодня, вынужденно выполняя в семье функции кормильца, добытчика, защитника, пытается сохранить за собой и роль хранительницы домашнего очага. Трудно ощутить себя Королевой, когда, проработав полный рабочий день, зайдя в магазины и нагруженная сумками, женщина выходит «во 2-ю смену» как домашняя хозяйка. «Если в женщине недостает энергий королевского архетипа, она во многом ограничивает себя, многого не может себе позволить, не вполне осознает свои глубинные желания и цели, не допускает в свою жизнь необходимые блага, начиная от бытового комфорта, заканчивая личным счастьем» (Василец Т., 2004).

Негативный полюс архетипа королевы позволяет провести параллели с архетипом ведьмы и гиперматеринскими структурами в личности жен­щины или в области Анимы мужчины. Это – полюс подавляющего управления, удушающей власти. Королева может быть жестокой, свергнуть неугодного ей короля, держать его закованным в дворцовом подземелье (исторически такой тип власти нашел свое отражение в правлении Екатерины ІІ). В современной жизни это проявляется в манипулировании по отношению к мужу, муж «находится под каблуком», не имеет возможности проявить ин­дивидуальность, взять на себя ответственность, что приводит к различным зависимостям (наркотической, алкогольной), психосоматическим симптомам, как у мужчины – слабого Короля, так и у женщины – деспотичной Королевы.

Итак, архетипический образ Королевы включает символику зрелой женственности и интуитивное восприятие – знание высших смыслов жизни. Кроме того, зрелость характеризуется потребностью отдавать, создавать, строить, взращивать, быть причиной событий в своей судьбе, судьбах своей семьи и мира в целом, т.е. творить. В сказках этот этап в жизни героев наступает, когда они, преодолев испытания, пройдя путь инициации, достигают царского положения – заключая супружеский союз, сказочные жених и невеста в то же время становятся Царем и Царицей или Королем и Королевой (Василец Т., 2004).

В программе «Мужчина и его Женщина. Женщина и ее Мужчина» в работе с образом Королевы происходит обращение к совместному творчеству участников группы: созданию короны (с участием и интеракциями ведущего). Используемые материалы: картон, золотая и серебряная фольга, краски, карандаши, мелки, блестки, перья, бусинки, стразы и т.д. (материалы, которые возможно использовать для украшения короны). Участники группы после обсуждения образа королевской особы, осознания его функций и качеств получают задание создать корону. На выполнение задания отводится 60-90 минут.

Следующим этапом работы является упражнение «Коронация» (идея Т.Василец). Каждому из участников группы предлагается подойти поочередно к каждому и произнести фразу: «Я – достоин(на)». Участники произносят в ответ: «Да, ты – достоин(на)». Последние из участвующих берут корону, возлагают ее на голову коронующемуся и подводят его к трону, на который ему предлагается сесть. Участник находится на троне столько времени, сколько ему необходимо. Остальные, играя роль придворных, поздравляют его аплодисментами, выражают свое почтение. После чего происходит коронация следующего участника группы. На коронации возможна фотосъемка, что предоставляет богатые ресурсы для использование полученных фотографий в дальнейшей работе в качестве инструмента терапии (фототерапии). Они являются мощным ресурсом при переживаниях участниками кризисных периодом личностного развития.

Важным моментом в создании короны и коронации является способность группы к выработке единого решения, что свидетельствует как о зрелости группы, так и о зрелости мужских и женских компонентов личности каждого участника, и мужчин, и женщин. Корона является символом единственности, исключительности власти в каждый конкретный момент времени. Лишь один участник группы может быть Королем (Королевой), остальные признают это его право и достоинство. Работа с образом Королевы проводится на продвинутых этапах арт-терапевтической работы, активность ведущего направлена на снижение зависимости участников и увеличение сплоченности группы, он играет роль катализатора этих групповых процессов.

Сессия завершается обменом опытом участников группы: Каково было быть Королевой (Царем или Королем)? Что чувствовали? Что понравилось? Что хотелось сделать? Как чувствовали себя на месте придворных?

Следующим этапом работы с образом Королевы будет упражнение «Создание карты королевства». Этот этап может проводится как отдельная сессия или, по договоренности с участниками группы, работа с образом Королевы длится одну сессию в течении 5 часов.

Здесь сочетается метод направленной визуализации с последующим созданием художественных образов. Возможно расслабление участников семинара лежа или сидя в удобных позах, после чего им предлагается в молчаливом образе представить себя Королевой: «Представьте себе, что Вы – королева… Как Вы выглядите?… Как одеты?… Где живете и как?… Каковы Ваши владения?… Какое у Вас королевство?… Где проходят границы?… Каковы Ваши взаимоотношения с соседями?… Какую внутреннюю политику Вы проводите?»

Для последующего создания «Карты королевства» предлагаются следующие материалы: бумага разных размеров (от А1 до А4 и рулонная) на вы­бор участников, краски, карандаши, мелки. Задание: нарисовать карту своего королевства. После художественного творчества следует обмен опытом в группе. Продолжение работы с картой королевства возможно в варианте анализа символики карты (например, при индивидуальной работе или по желанию группы): рассматриваются границы королевства, их проницаемость, взаимоотношения с соседями, происходящие внутри королевства процессы как аналог внутрипсихических процессов человека, находящих отражение в его жизни за пределами группы; возможно рассмотреть существование в королевстве водных источников, рек, морей и символики их с точки зрения витальности, подключения к ресурсам бессознательного; интересны для анализа размеры королевства, наличие развитой социально-экономической системы, армии, расположение на карте гор, лесов и т.д. Дальнейшая работа с картой королевства позволяет использовать неисчерпаемые возможности жанра «фентези» с его сюжетными ходами и составле­нием карты пространства в котором проходят действия как характерной особенности этого жанра.

Тема «Царь-отец»

Архетип Короля или Царя в нашем понимании – символ зрелости мужской части эго, он воплощает качества зрелого мужчины. Содержатель­ное наполнение этого архетипического образа – материальное и духовное богатство, средоточие благородства и достоинства семьи и рода, абсолютная власть в виде ответственности за судьбу жены и семьи в целом, а также – ответственность за процветание земли (женский символ) и ее народа (символ потомства). Если мужчина в состоянии исполнять в семье функции защитника, кормильца, разведчика, полководца, учителя и целителя, то он уже явля­ется королем, т.к. решать все эти задачи под силу только зрелому (царственному) эго.

Одной из мужских функций в семье является способность быть лидером, быть главным, вести за собой. Это высокий уровень ответственности, когда принимаемые решения имеют судьбоносный характер для семьи. Выражение «глава семьи», подвергшееся в советском культурном пространстве и в феминистическом подходе девальвации, имеет глубокий духовный смысл. Если значимые для семьи решения принимает женщина, отрицается божественная суть мужской ответственности: вести за собой, быть полководцем.

Но зрелость мужчины приходит с интеграцией в единое целое его функций мужа – главы семьи, т.е. полководца, и отца, осознанием его отцовской роли, когда он не только партнер и лидер в супружеской паре, но тогда, когда он становится отцом. Становясь биологическим отцом, мужчина еще не является отцом в духовном смысле этого явления, а только становится на путь развития отцовства. Настоящим отцом своим детям мужчина может стать только, когда он начинает ощущать отцовскую ответственность и за свою жену (Вознесенская Е.Л.; 2004-1,2). Такого рода высокий уровень ответственности исключает расторжение брака в кризисные моменты отношений, так как ответственность отца имеет свойство быть вечной. Верность как фундамент встроена в систему зрелых отношений. Становясь Отцом, мужчина обретает глубинную потребность и способность быть отцом не только по отношению к своим детям, но – и по отношению к женщине, и к миру в целом. Только тогда мужчина достигает истинной зрелости (Т.Б.Василец, 2004; В.Н. Дружинин, 2000).

Именно поэтому вершина мужской зрелости – архетипический образ Царя-Отца. Царь-Отец – правящая архетипическая инстанция. Его отцовская ответственность распространяется на его детей, жену и род, который он возглавляет в целом, на народ и весь мир. Кроме того, царь – наместник Бога на земле. Мужчина, рождаясь с инстинктом продолжения рода, приходит в процессе своего личностного развития к внутреннему отцовству – наивысшей точке мужской зрелости.

В отечественных исследованиях психологии семьи отмечается, что при социализме у мужчин отсутствовал естественный опыт отцовства, женщины устремились в профессиональную карьеру, результатом чего явилось разрушение эмоциональных связей между ребенком, матерью и отцом. По мнению В.Н. Дружинина (2000), функции идеального отца в том, чтобы охранять и передавать историческую память и быть первым образцом правителя.

Таким образом, Отец представляется носителем родового сознания. Он – связующее звено поколений, ему отведена культурой роль воспитателя родового сознания, развитие которого способствует осознанию человеком своего места в мире, формированию здоровой идентичности, целостности и силы Я. Имея родовое сознание, дети естественным образом ощущают свою значимость через принадлежность к своему роду, ответственность за судьбу своей земли, за благополучие своего рода и нации. Дефицит энергий в области архетипического образа Царя-Отца в психоте­рапевтической работе находит отражение в дряхлости Царя, его болезни, смерти.

Работа с архетипическим образом Царя-отца в рамках нашей программы проводится с помощью использования мотива «Капитан корабля, терпящего кораблекрушение». В этом упражнении также сочетается метод направленной визуализации с последующим созданием художественных образов. Возможно расслабление участников семинара лежа или сидя в удобных позах, после чего им предлагается в молчаливом образе представить себя Капитаном корабля: «Представьте себе, что Вы – капитан корабля … Как Вы выглядите?… Как одеты?… Какой у Вас корабль?… Кто составляет команду?… А теперь представьте себе, что Ваш корабль терпит крушение! Его засасывает в огромную воронку… Команда в панике!… Что Вы, как капитан корабля будете делать, чтобы привести команду в чувства и спасти корабль?… Действуйте!…».

Образ Капитана корабля, терпящего кораблекрушение, выбран не случайно. Согласно Еве-Марии Ницше, разработавшей мотивы для направленной визуализации соответственно старшим арканам Таро, этот образ соответствует карте «Император». Капитан корабля в море является Царем и Богом для своей команды. Он – главный, лидер, кроме того, несет ответственность и за корабль, и за всю команду. Он единственный волен принимать решения и его слушаются безоговорочно, поскольку в море от этого зависит благополучие плавания, а в кризисных ситуациях – жизнь каждого члена команды. Таким образом, образ Капитана будет отражением зрелости мужских структур личности. Ситуация выбрана кризисной также не случайно. Именно в кризисных ситуациях каждый человек обращается к ресурсам бессознательного. Кроме того, вода, водная воронка является воплощением базового архетипа женской сущности – Матери Великой и Поглощающей. Капитан, справляющийся с кризисной ситуацией, победивший и не поддавшийся страху или соблазну быть поглощенным, согласно Э.Нойману, находится на стадии зрелости развития Эго (Э.Нойман, 1998).

Таким образом, работа предоставляет широкие диагностические возможности, материал для самоанализа и анализа в группе в виде созданных на основе образа изобразительных продуктов. Участникам имеют возможность испытать свои силы, получить позитивный опыт преодоления «страха быть поглощенным Великой Матерью», взятия на себя ответственности более высокого порядка – за команду или – в широком смысле – за семью, род, нацию.

Вызывает определенные сложности анализ результатов работы с отдельными архетипическими образами программы. Однако результаты участия в программе показывают, что участники получают возможность исследовать пути решения проблем во взаимоотношениях с противоположным полом.

Благодаря этому происходит:

• разрешение межличностных конфликтов и гармонизация отношений в семье (особенно при участии в программе супружеской пары) за счет про­­цессов групповой динамики, обратной связи, формирования собственной культуры группы;
• получение нового, гармоничного эмоционального опыта в отношениях с представителями противоположного пола, который рождаясь как новые паттерны поведения в межличностном взаимодействии в группе в рамках творческого процесса переносится в реальную жизнь участников;
• усиление женского обаяния и привлекательности и мужского самосознания – активности, инициативности, уверенности в себе и ответственности;
• развитие и осознание зрелых мужского и женского аспектов личности, развитие рефлексии;
• коррекция психосоматических симптомов (в частности, гинекологических) и осознание их причин.
• появление признаков родового сознания у участников (ощущение ответственности за судьбу своего рода и нации).
• Арт-терапевтические техники подтверждают свою адекватность в работе с личным и коллективным бессознательным, проявленным в архетипических сказочных образах. Интерактивный характер работы группы способствует личностному росту участников, созреванию мужского и женского аспектов личности, развитию рефлексии, увеличению ответственности, активности, а полученный опыт переносится участниками в реальную жизнь.

Литература:

1. Арт-терапия в эпоху постмодерна / Под ред. А.И.Копытина. – СПб.: Речь, Семантика-С, 2002. – 224 с.
2. Бреусенко А.А. К изучению ценностно-смысловой сферы личности: волшебная сказка как символическое выражение экзистенциального кризиса // Психологія на перетині тисячоліть: Збірник наукових праць учасників 5-х Костюківських читань. – К.: Гнозис, 1998. – Т.1. – С. 169-181.
3. Бреусенко-Кузнецов А.А. Анализ общей структуры русских народных заговоров // Вісник Національного технічного університету України «Київський політехнічний інститут». Філософія. Психологія. Педагогіка. – 2003. – № 3 (9). – С.71-84.
4. Бреусенко-Кузнєцов О.А. Екзистенціальний аспект виховного впливу чарівної казки // Вісник Національного технічного університету України «Київський політехнічний інститут». Філософія. Психологія. Педагогіка. – 2002. – № 2 (5). – С.61-74.
5. Василец Т.Б. Мужчина и женщина – тайна сакрального брака. Очерки по инициационной терапии. – Ростов-на-Дону, 2004. – 150 с.
6. Василец Т.Б., Романова Н.В. Мужское и женское в структуре личности. Ростов-на-Дону, 2002. – 72 с.
7. Вознесенская Е.Л,. Арт-терапевтические тренинговые технологии как метод психологической помощи личности/ Теорія та досвід застосування тренінгових технологій у практичній психології/Матеріали Всеукраїнської науково-практичної конференції, 22 листопада 2003 року. – К.: КІВС, 2003-1. – С.131-136.
8. Вознесенская Е.Л. За ним как за каменной стеной или Папа нужен всегда // Для будущих мам. – 2004. – №4-1. – С. 50-54.
9. Вознесенская Е.Л. Как становятся папами или Психология отцовства // Для будущих мам. – 2004-2. – №3. – С. 12-17.
10. Вознесенская Е.Л,. Тамакова Т.А. Арт-терапевтические технологии как инновационный метод гендерного развития Гендер: реалії та перспективи в українському суспільстві/ Ма­теріали Всеукраїнської науково-практичної конференції (м. Київ, 11-13 грудня 2003р.). – К.: ПЦ “Фоліант”, 2003-2. – С. 211-213.
11. Вознесенская Е.Л., Тамакова Т.А. Виховной вплив арт-терапевтичних технологій на студентську молодь Зб. наук. праць. Педагогічні науки. Випуск 35. “Виховання дітей та молоді в контексті розвитку громадянського суспільства”. Херсон: Вид-во ХДУ, 2003-3.– С. 186-189.
12. Вознесенская Е.Л,. Тамакова Т.А .Использование арт-терапевтических технологий в образовании и воспитании Вісник Чернігівського державного педагогічного університету ім. Т.Г.Шевченка. Випуск 21. Серія: Психологічні науки: Збірник наукових праць. – Чернігів: ЧДПУ, 2003-4. - № 21- С. 34-39.
13. Джонсон Роберт А. ОНА. Глубинные аспекты женской психологии. –Харьков: «Фолио», 1996; М.: Институт общегуманитарных исследований, 1996. – 126 с.
14. Джонсон Роберт А. ОН. Глубинные аспекты мужской психологии. – Харьков: «Фолио», 1996; М.: Институт общегуманитарных исследований, 1996. – 188 с.
15. Дружинин В.Н. Психология семьи. – Екатеринбург: Деловая книга, 2000.
16. Зинкевич-Евстигнеева Т.Д., Тихонова Е.А. Проективная диагностика в сказкотерапии. – СПб.: Речь, 2003. – 208 с.
17. Калшед Д. Внутренний мир травмы. Архетипические защиты личностного духа. М. Академический Проект. 2001.
18. Копытин А.И. Основы арт-терапии. СПб.: Изд-во «Лань», 1999. – 256 с.
19. Копытин А.И. Руководство по групповой арт-терапии. – СПб.: Речь, 2003. –320с.
20. Лейнер Х. Кататимное переживание образов: Основная ступень; Введение в психотерапию с использованием техники сновидений наяву; Семинар: Пер. с нем. – М.: Эйдос, 1996. – 253 с.
21. Марез Т. Мужское и женское. В поисках мужественности. К.: «София»; М.: ИД «Гелиос», 2001. – 208 с.
22. Марез Т. Женское и мужское. В поисках женственности. К.: «София»; М.: ИД «Гелиос», 2001. – 208 с.
23. Менегетти А. Женщина третьего тысячелетия. – М.: «ННБФ» Онтопсихология», 2001. – 256с.
24. Нойман Э. Происхождение и развитие сознания. – М.: Рефл-бук; К.: Ваклер, 1998. – 464 с.
25. Практикум по арт-терапии // Под ред. Под ред. А.И.Копытина. – СПб.: Питер, 2000. – 448 с.
26. В.Я. Пропп. Исторические корни волшебной сказки. – Л., 1986.
27. Уотс А. Природа, мужчина и женщина. Путь освобождения. – К.: «София», 1999. – 288 с.
28. Франц М.-Л. Психология сказки. – С.-Петербург: Б.С.К., 1998. – 276 с.
29. Эстес К.П. Бегущая с волками. – К.: София, ИД «Гелиос», 2001. – 495 с.
30. К.Г. Юнг. Человек и его символы. – М.1998.
31. Case C. And Dalley T. The Handbook of Art Therapy. – London: Tavistock and Routledge, 1992.
32. McNeilly G. Further Contribution to Group. Analytic Art Therapy. Inscape, 1987, Summer. P. 8-11.